Глава 2. Иосиф Смит — основатель мормонизма

История возникновения мормонизма неотделима от фигуры его основателя — Иосифа Смита-младшего. Родившись 23 декабря 1805 года в Шароне, штат Вермонт, в семье Иосифа и Люси Смитов, он с детства оказался погружён в атмосферу оккультизма и мистицизма. Как справедливо отмечает Ю.А. Кондратьев, и отец, и мать Смита верили в особые видения, сны и таинственные силы, а сам Иосиф Смит-старший был не только мистиком, но и, как свидетельствует судья Вудард, замешан в незаконной чеканке монет.

Семейная традиция поиска сокровищ и увлечения мифами о древних цивилизациях оказала серьёзное влияние на мировоззрение юного Иосифа. Уже в раннем возрасте он прославился среди своих сверстников как лукавый и выдумщик​. Отсутствие устойчивого заработка у отца приводило к частым переездам, и, наконец, семья обосновалась в Манчестере, штат Нью-Йорк, где религиозная атмосфера была особенно насыщенной. Здесь юный Смит столкнулся с активной проповедью методистов, баптистов и пресвитериан, что породило у него внутренние религиозные поиски.

Официальная мормонская версия утверждает, что в возрасте 14 лет, обеспокоенный религиозными разногласиями, Смит обратился к Богу в молитве и пережил видение Бога Отца и Иисуса Христа. Однако тщательный анализ источников, в том числе исследований Уэсли Уолтерса, выявляет серьёзные несоответствия. Прежде всего, как доказывает Уолтерс, в 1820 году, когда якобы произошло "Первое видение", в Пальмире не было религиозного пробуждения, о котором говорит Смит. Напротив, такие пробуждения фиксируются лишь спустя несколько лет, после смерти брата Смита Алвина в 1823 году.

Более того, сам Смит в разные годы излагал различные версии своего видения, противоречащие друг другу в ключевых моментах. В одной версии ему является только Иисус, в другой — ангел, в третьей — Бог Отец и Сын​. Различия касаются также обстоятельств: в первоначальном рассказе Смит осознаёт заблуждение всех церквей через изучение Библии, а в поздней версии это открытие внушается ему свыше. Такое многообразие повествований вызывает серьёзные сомнения в их достоверности.

Подвергая критическому анализу заявленное "Первое видение", нельзя не заметить и его несоответствие библейскому учению. Согласно Священному Писанию, "Бога не видел никто никогда" (Ин. 1:18), а Бог есть Дух (Ин. 4:24), в то время как Смит утверждал, что видел Бога Отца в телесном облике. Кроме того, идея о полном отпадении всех Церквей противоречит словам Христа: "Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют её" (Мф. 16:18). Тем самым "откровения" Смита вступают в прямое противоречие с основами христианской веры.

Стоит отметить и оккультный характер ранней деятельности Смита. Его "чудесный всевидящий камень", с помощью которого он якобы искал сокровища, является типичным элементом народной магии того времени. Это ещё раз подчёркивает, что религиозный опыт Смита с самого начала носил мистико-оккультный характер, далёкий от христианского благочестия.

Анализируя обстоятельства становления Смита как религиозного лидера, нельзя игнорировать и его манеру излагать "откровения" постфактум, по мере необходимости корректируя детали для укрепления своей харизматической власти. Официальное повествование о "Первом видении" было зафиксировано только в 1838 году, спустя почти два десятилетия после описываемых событий, в период, когда Смит уже активно создавал новую религиозную организацию.

Таким образом, личность Иосифа Смита предстает как сложный синтез оккультных влияний, религиозных амбиций и социальной адаптивности. Его ранние годы демонстрируют тенденцию к мистификации и инструментализации религиозного опыта ради личных целей. Сопоставление фактов свидетельствует о том, что "Первое видение" скорее является конструкцией, предназначенной для легитимации новых религиозных притязаний, чем реальным духовным переживанием.

Именно на этой зыбкой основе впоследствии была построена целая религиозная система — мормонизм, изначально утверждавший свою исключительность через обвинение всей исторической Церкви Христовой в отпадении. Эта позиция, наряду с внутренними противоречиями в преданиях о видении Смита, делает крайне проблематичным признание мормонизма частью христианской традиции в каком бы то ни было её подлинном понимании.