Глава 7. Многоженство мормонов

 Глава 7. Многоженство мормонов

Одной из самых одиозных и вызывающих тем в истории мормонизма является практика многоженства, или полигамии. В отличие от канонического христианского учения, где брак определяется как священный союз одного мужчины и одной женщины (Быт. 2:24; Мф. 19:5–6), мормонская религиозная практика с момента своего формирования стала проповедовать и, в определённых исторических условиях, активно практиковать многоженство как «заповедь Божию». История введения, оправдания и последующего официального отказа от полигамии в мормонизме представляет собой яркий пример того, как религиозная организация способна изменять свои доктрины в зависимости от внешних обстоятельств, прикрываясь ссылками на «откровения».

Как указывает Ю.А. Кондратьев, введение многоженства было инициировано лично Джозефом Смитом и оформлено через «откровение», ныне зафиксированное в 132-й секции Учения и Заветов. Именно там Бог якобы повелевает Смиту и его последователям вступать в многобрачие ради «возвышения семени» и получения «вечного увеличения». Примечательно, что это «откровение» появилось в момент, когда Смит сам уже тайно состоял в отношениях с несколькими женщинами, скрывая этот факт даже от своей официальной супруги Эммы. Более того, текст «откровения» содержит прямую угрозу Эмме: если она не примет новую практику, она будет «истреблена».

Многоженство изначально скрывалось от широкой публики. В официальных заявлениях мормонские лидеры отрицали его существование, продолжая тайно заключать «вечные браки» между мужчинами и несколькими женщинами. Лишь с эмиграцией мормонов в Юту и образованием де-факто автономного теократического сообщества эта практика стала открытой. Бригам Янг, преемник Смита, сделал полигамию официальной нормой жизни и доктрины: он сам имел, по разным оценкам, от 20 до 50 жён, а вождям общины было дозволено заключать браки с десятками женщин.

Идеологическое обоснование полигамии в мормонизме строилось на своеобразной интерпретации Ветхого Завета: приводились примеры полигамных браков патриархов (Авраама, Иакова, Давида), хотя сам факт существования многожёнства в ветхозаветные времена ещё не означает его нормативности. Более того, сам Христос, обращаясь к изначальному замыслу Божию о браке, ясно учил о единстве мужа и жены (Мф. 19:4–6), что в христианском понимании окончательно отменяет ветхозаветные отклонения.

Практика многоженства стала одним из главных факторов, вызвавших конфликт между мормонским сообществом и правительством США. Начались судебные процессы, законы против полигамии, попытки поставить Юту под федеральный контроль. Мормонские апологеты пытались защищать полигамию ссылками на свободу вероисповедания, однако давление усиливалось, и в 1890 году президент СПД Вилфорд Вудрафф был вынужден издать так называемую «Манифестацию», официально запрещавшую новые многожённые браки.

Однако реальный отказ от полигамии оказался делом затяжным. Уже после «Манифестации» тайные полигамные браки продолжали заключаться вплоть до начала XX века. Лишь под угрозой полного роспуска церкви руководство СПД официально признало прекращение этой практики. Несмотря на это, целый ряд отколовшихся групп мормонов — так называемые «фундаменталисты» — продолжает до сегодняшнего дня практиковать многоженство, считая отказ от него изменой первоначальному завету.

С богословской точки зрения, мормонская практика многоженства свидетельствует о глубоком уклонении от евангельского учения о браке. Более того, сам характер введения этой практики через якобы божественное откровение вызывает серьёзные сомнения в подлинности духовного опыта Джозефа Смита. Как показывает сопоставление фактов, введение полигамии было обусловлено не столько богословскими поисками, сколько личными страстями и политическими расчётами основателей церкви.

Характерно и то, что мормонское многоженство носило сугубо патриархальный характер: женщины рассматривались как средство «умножения потомства» и укрепления власти мужей, что прямо противоречит христианскому пониманию женщины как равного соработника в брачном союзе (1 Пет. 3:7). Брак превращался в инструмент духовного и социального контроля, а не в союз любви и взаимного освящения.

Таким образом, многоженство в мормонизме не является возвращением к «ветхозаветной чистоте», а представляет собой грубую деформацию брачного союза, противоположную евангельскому учению. Его введение и оправдание демонстрируют искажение духовных основ ради удовлетворения личных амбиций и властных стремлений. Такая практика лишает мормонизм права именовать себя христианским движением.