Глава 1. Вопрос терминологии: «Церковь Иисуса Христа Святых последних дней» — христианская церковь или оккультно-языческая секта?

Вопрос о сущностной природе так называемой «Церкви Иисуса Христа Святых последних дней» (СПД) не является праздным. Он принципиален для верного богословского осмысления этой организации и для правильного определения отношения к ней со стороны Православной Церкви и общества в целом. С одной стороны, сами мормоны настойчиво утверждают, что они являются христианами. Они указывают на то, что имя Иисуса Христа включено в официальное название их организации. Однако уже поверхностный анализ учения мормонов, их методов деятельности и внутренней структуры заставляет серьёзно усомниться в правомерности такого самоопределения.

Как отмечает Ю.А. Кондратьев, на протяжении всей истории своего существования секта мормонов открыто заявляла, что все другие христианские Церкви якобы отпали от истины и являются «мерзостью в очах Бога». Эта позиция с самого начала противопоставляла мормонизм всему историческому христианству и ставила его в оппозицию не только к Православной Церкви, но и к остальному христианскому миру.

В этом контексте показательно заявление президента СПД Гордона Хинкли, сделанное в 1998 году: «Я не верю в традиционного Христа. Традиционный Христос, о котором говорят они, — это не тот Христос, о котором говорю я» (Church News, June 20, 1998). Это признание в очередной раз подтверждает: речь идет о другом «Христе», не имеющем отношения к Библейскому Откровению. Апостол Павел, предостерегая от подобных явлений, предупреждал о проповедниках «иного Иисуса» (2 Кор. 11:4), а сам Господь Иисус Христос говорил о грядущих ложных «христах» (Мф. 24:24).

Отсюда следует важный вывод: поскольку мормоны поклоняются «другому Иисусу», то называть их движение христианским невозможно. Веровать в существование некоего «Иисуса» недостаточно для признания принадлежности к Христовой Церкви. Существенным является верование в Иисуса Христа, раскрытого в Евангелии и исповедуемого Вселенской Церковью. В противном случае мы должны были бы считать христианами и сторонников любой иной религиозной системы, где упоминается имя Иисуса, что абсурдно.

Определяя сущность мормонской организации, А.Л. Дворкин охарактеризовал СПД как «синкретическую неоязыческую оккультную секту с милленаристским уклоном». При этом он справедливо отметил, что в отличие от классических тоталитарных культов у мормонов всё же допускается определённая степень внутреннего разномыслия, что отчасти смягчает их характеристику как тоталитарной секты. Однако это не отменяет общей структуры контроля и идеологического давления, характерных для культовых образований.

Рассмотрение признаков тоталитарной секты в применении к СПД даёт однозначный результат. Во-первых, мормонская организация строит свои отношения с последователями на основе жесткого контроля информации. Как указывает Кондратьев, новообращённым на начальном этапе открываются далеко не все аспекты вероучения: в частности, такие догматы, как существование множества богов, возможность обожествления человека и многоженство, излагаются лишь позднее, после крещения и укрепления индоктринации.

Во-вторых, СПД осуществляет контроль над мышлением адептов. Мормонские учителя учат своих последователей, что критика руководства — это уже проявление сатанинского духа. При этом независимое мышление объявляется опасным, а безоговорочное следование пророкам провозглашается обязательным условием спасения. Знаменательны слова: «Когда говорят наши руководители, размышления уже сделаны» (Deseret News, 1945).

В-третьих, налицо признаки эмоционального и поведенческого контроля. Домашние визиты «учителей» в обязательном порядке проверяют образ жизни членов общины, и любое отклонение от мормонских стандартов должно быть донесено старейшинам​ Такая система внутреннего надзора характерна именно для тоталитарных культов.

Особое внимание заслуживает мормонская демонология мира: всё человечество, не принадлежащее к СПД, рассматривается как принадлежащее к «церкви дьявола» (1 Нефий 14:10), а традиционные христианские церкви объявляются «вавилонской блудницей». Подобное разделение мира на абсолютно «чёрное» и «белое», а также демонизация иных верований является отличительным признаком сектантского мышления.

Следует также отметить культовую систему верности, основанную на страхе потерять спасение. Уход из организации рассматривается не просто как измена, но как тяжкий грех, ведущий к погибели. Бригам Янг прямо утверждал, что только серьезный грех может стать причиной отступничества​. Актуальные мормонские лидеры продолжают развивать эту линию.

Из вышеизложенного следует, что «Церковь Иисуса Христа Святых последних дней» соответствует большинству ключевых критериев, по которым современное сектоведение отличает деструктивную секту от традиционной религии. Она сочетает в себе черты оккультной организации (опора на магические практики, храмовые мистерии), неоязыческого культа (учение о множестве богов и обожествлении человека) и тоталитарной секты (контроль информации, мышления и поведения).

Термин «секта» применительно к СПД, таким образом, является не оскорбительным клише, а научным определением, основанным на объективном анализе ее природы. Как справедливо отмечает д-р филологических наук В.Ю. Троицкий, слово «секта» в русском языке не несет уничижительного оттенка, а отражает реальное отделение данной группы от исторического христианства и её деструктивные особенности.

В заключение следует подчеркнуть: подлинная христианская Церковь не строится на тайных учениях, контроле разума и искажении образа Иисуса Христа. Поэтому мормонизм — при всей его внешней апелляции к имени Спасителя — является синкретической оккультно-языческой сектой, прикрывающейся христианской риторикой, но не принадлежащей к телу Христовой Церкви.